Интервью

Максим Григорьев: "Выборы Госдумы шестого созыва год спустя эпохальными назвать не получается "
Максим Григорьев Выборы Госдумы шестого созыва год спустя эпохальными назвать не получается

5 декабря 2012 10:11

Ровно год прошел с того момента, как в нашей стране прошли выборы в Государственную думу. Именно после них вся Россия узнала, что такое "несистемная оппозиция" и Болотная площадь. Портал "Сибинфо" побеседовал с руководителем рабочей группы Общественной палаты РФ по контролю над избирательным процессом, главой некоммерческого Фонда исследования проблем демократии Максимом Григорьевым, который поделился своими мыслями о том, какое влияние оказала на власть и общество последняя парламентская кампания.

– Максим Сергеевич, ровно год прошел с момента выборов последнего созыва Государственной думы. Именно результаты той кампании называются очень многими некой вехой, которая определила сегодняшние общественно-политические реалии, вызвала протестную активность и так далее. Можно ли, по-Вашему, говорить, что выборы декабря 2011 года действительно стали неким Рубиконом?

– Формирование законодательного органа власти любой страны – это определенный показатель отношения общества к власти, государственному руководству. Поэтому с данной точки зрения, безусловно, можно говорить, что выборы прошлого декабря – определенная веха.

С более глобальной же точки зрения, в разрезе исторического периода последних 10-15 лет, я не склонен считать эти выборы эпохальными, перевернувшими ситуацию и показавшими, что в обществе происходит что-то, кардинально отличающееся от того, что было до этого. Поэтому тут все зависит от того, как смотреть на последние думские выборы.

– Тем не менее что можно утверждать по факту уже годовой работы российского парламента?

– С одной стороны, мы можем говорить, что "Единая Россия" осталась ведущей партией. Но с другой – приходится констатировать, что определенные группы в обществе чувствуют несогласие с курсом правящей партии и хотят альтернативы. Однако в данном случае нужно понимать, что эти люди не являются большинством населения России.

К сожалению, можно говорить, что та часть людей, которую называли молодым несогласным городским классом и которая выходила на Болотную площадь, не получила своего представительства в Государственной думе. В масштабах страны эта группа не очень велика, но тем не менее я вижу проблему в том, что она не нашла отражения в составе российского парламента.

– Можно ли говорить, что после тех претензий, которые были высказаны по итогам кампании декабря 2011 года, подходы к проведению выборного процесса в нашей стране претерпели качественные изменения?

– Такое внимание к вопросу контроля за выборами, которое было проявлено уже в рамках президентской кампании, беспрецедентный шаг по установке веб-камер на участках и так далее, наглядно показывает, что федеральные власти делали все, чтобы обеспечить максимальную прозрачность избирательному процессу.

Это похвально. Я считаю, что это заставляет всех участников политической жизни стараться максимально придерживаться корректного, разумного правового поля. С другой стороны, понятно, что нарушения есть всегда, любые выборы без них не обходятся.

В качестве примера можно смело привести президентскую кампанию в Соединенных Штатах. Я как руководитель рабочей группы по контролю над избирательным процессом Общественной палаты РФ наблюдал за ходом событий непосредственно на месте.

Большие вопросы у нас вызвал огромный фактор денег. В США было потрачено более пяти миллиардов долларов – совершенно беспрецедентная сумма. То есть та роль денег, которая имела место в данном случае, на мой взгляд, некорректна и подмывает само понятие демократии как власти народа.

Существенный вопрос вызвало и совершенно непропорциональное освещение различных кандидатов в СМИ. На выборах президента на самом деле помимо основных кандидатов от республиканской и демократической партий участвовало более 10 человек. Но о них практически ничего не говорили. А один из кандидатов, насколько я знаю, был даже арестован на избирательном участке.

То есть это показывает, что свои сложности, проблемы и нарушения, вызывающие опасения , есть абсолютно на всех выборах.

– Максим Сергеевич, насколько известно, этим летом Вы были в Омске, когда проходила кампания по выборам мэра. В данном случае можно было говорить о чудовищно низкой явке. Почему так получается, что к выборам проявляется все больше внимания, но граждане не идут голосовать?

– Вы знаете, в разных регионах – разная явка. Мы изучали этот вопрос. Если смотреть в среднем в сравнении с губернаторскими выборами, выборами в законодательные собрания, окажется, что явка такая же, как и всегда. Где-то она увеличилась, где-то уменьшилась. Но в целом общий показатель остается неизменным.

Если кампания интересна, как правило, явка больше. Однако есть и обратные примеры. Например, в Химках, где была крайне резкая избирательная кампания. Стороны активно критиковали своих оппонентов, но тем не менее явка была небольшая.

– Коль скоро мы уже успели в целом затронуть весь спектр избирательных кампаний, прошедших за последний год, нельзя не упомянуть и выборы в Координационный совет оппозиции. Максим Сергеевич, как Вы их оцениваете и можно ли на их основе ставить определенные диагнозы?

– В двух словах ситуация такова. Выборы в так называемый Координационный совет оппозиции – это скорее выборы молодежного совета оппозиции, поскольку целый ряд видных деятелей не принял в них участия.

Надо понимать, что эти выборы не соответствуют никаким демократическим стандартам. Использование курий, которые критиковали еще сто лет назад, произвольное снятие кандидатов, неучет части голосов избирателей и так далее и так далее. При этом совершенно непонятно, почему они не захотели организовывать нормальных выборов.

Могу сказать, что в итоге оппозиция просто продемонстрировала пример того, как не нужно проводить выборные кампании.

Александр Шелягин

Система Orphus
Поделиться информацией:
Обсуждение
Добавить комментарий

Имя:

E-Mail:

Город:

Комментарий:

Код: