Интервью

Павел Рассудов: "Мы имеем в своей стране армию неподконтрольных нам компьютеров – это реальная угроза"
Павел Рассудов Мы имеем в своей стране армию неподконтрольных нам компьютеров – это реальная угроза

3 апреля 2013 18:11

Пиратская партия, имеющая серьезное влияние в Европе и США, в России пока такого политического веса не набрала. Этому в том числе способствует и отказ Минюста официально регистрировать партию, лозунги которой в наш информационный век звучат все более значительно. О политических перспективах Пиратской партии России, проблемах электронной демократии и важности свободы в интернете и за его пределами "Сибинфо" рассказал председатель Пиратской партии России Павел Рассудов.


– В эти дни проходит онлайн-съезд Пиратской партии. За что, собственно, выступаете?

– Для нас понятие съезда весьма условно. Решения необходимо принимать по мере поступления инициатив и по мере появления проблем. Сейчас к нам поступили уже не просто инициативы, а законопроекты. Речь идет о конкретизации понятия авторских прав, другие связаны с патентной системой. Есть инициативы по реформированию системы фармкомпаний, которые неэффективно расходуют человеческий ресурс. При существующей системе мы получаем дорогие лекарства, которые могли бы стоить в десятки раз дешевле. Другие идеи касаются гуманизации наркополитики.

– Но насколько реально любые из этих инициатив провести в Госдуму и придать им юридическую силу?

– К примеру, наши инициативы, относящиеся к авторским правам, уже лежат в Госдуме. Конечно, мы не имеем возможности системного участия в законотворческой деятельности, поскольку не зарегистрированы в качестве политической партии. Приходится искать обходные пути.

– Т. е. действуете через депутатов Госдумы?

– Да.

– С чем связываете отказ Минюста регистрировать Пиратскую партию?

– Дело, видимо, в неподконтрольности нашей партийной структуры и популярности пиратских идей. Ведь если взять тот пункт, который изначально нас сплотил, 95% пользователей не признают действующую систему авторских прав. Мы пытаемся расширить количество вопросов, на которые мы отвечаем, но не беремся за все государственное устройство. К примеру, вопрос пенсий нас не интересует, поскольку не имеем соответствующих специалистов. Но в том, что мы понимаем – интернет, доступ к знаниям, патентная система – мы предлагаем свои идеи по более справедливому их устройству.

– Каковы политические перспективы вашей партии?

– Вновь подаем документы на регистрацию и будем принуждать бюрократию исполнять законы. Все эти разговоры по поводу названия – несостоятельны (14 января 2013 года Министерство юстиции вновь отказало партии в регистрации, ссылаясь на то, что пиратство, согласно Уголовному кодексу, является преступлением, – Примечание редакции). Оно не нарушает вопросов морали, авторских прав и не имеет аналогов. Других причин отказывать нам в регистрации нет.

– А сама партия готова быть крупным политическим игроком?

– У нас есть представители во всех субъектах РФ. В половине регионов они оформлены в региональные отделения. Около семи тысяч человек вступили в наши ряды через интернет-сайт. Последний раз пришло около 700 человек писать бумажное заявление о вступлении в партию. Конечно, выйти в офлайн сложнее. Собственно, привязка к интернету и есть наше ноу-хау. Можно и вступить удаленно, и принимать участие в деятельности удаленно.

– Насколько активна сибирская ячейка Пиратской партии?

– Томск активен, Новосибирск активен прям в офлайне. Омск больше в Сети.

– А чего такого нет у нас, чтобы Пиратская партия все-таки стала серьезной политической силой? Быть может, в России люди, предпочитая пиратский софт, полагают, что им не нужно бороться за что-то еще?

– Мы ведь не выступаем за пиратский софт, мы пропагандируем свободное программное обеспечение (СПО). Вся инфраструктура Пиратской партии, к примеру, работает на СПО. Может, у властей есть идея дать пиратству зеленый свет и взять под контроль все, что связано со свободой слова. Для нас это важно. Свободный файлообмен – это часть свободы обмена информации, а значит, и свободы слова, что является необходимым условием развития демократии. Думаю, нам просто нужно дать возможность участия в выборах, тогда и можно говорить, насколько популярны эти идеи в России. Пока не дают.

– Почему в России, при всех попытках борьбы с пиратством, не идут лицензии типа Creative commons, которые являются своего рода компромиссом?

– Я не согласен, что они не идут. Есть проблема юридической неопределенности правового статуса, но они достаточно популярны. К примеру, сайт премьер-министра Дмитрия Медведева был лицензирован под Creative commons. И это не единственная свободная лицензия. Другое дело, что крупным лоббистам, типа российского авторского общества и ему подобным, не выгодна свободная лицензия. Если брать СПО, то многие коммерческие компании отказываются от использования свободных дистрибутивов из-за того, что никто не может им дать нормальную лицензию, которая поможет объяснить проверке, откуда у них этот софт. Есть, конечно, разные "кривые" методы.

– Выходит, беда в несовершенстве нашего законодательства?

– Да. Есть еще также момент привычки. Многие сайтостроители, не зная о том, что такое копирайт, ставят соответствующий знак внизу, заявляя: "Это сделали мы!" Но на самом деле они всему миру сообщили, что запрещают без разрешения копировать любую информацию.

– Но какова главная проблема? Она в несовершенствах законодательства, политической системы, или дело в нашем обществе, в "мозгах"?

– Думаю и то, и другое. Одни, не думая, лепят "копирайт". Приведение в адекватное состояние законодательства также затягивается. За это время лоббисты его меняют, каждый как может. Результат – могут ограничить возможности копирования новых книг для библиотек. Так и не прошла статья о том, что все, что делается на бюджетные деньги, должно поступать в общественное достояние. У нас фактически провалена Минкомсвязью программа по переходу на СПО.

Одно дело – культурная составляющая: поэты-песенники и т. д. Но если вдуматься, речь идет о решении стратегической задачи по обеспечению кибербезопасности страны. На территории России миллионы компьютеров на Windows. Гипотетически представим себе, что наступил критический момент. Появилось сообщение о якобы атаке на Microsoft, и все эти 50 миллионов компов автоматически скачивают себе приложение, которое сделает из них микроволновки... Не перевернем ли мы так магнитное поле Земли?! Но ведь они могут начать и DDoS правительственных сайтов или банковской системы. Мы имеем на территории своей страны армию неподконтрольных нам компьютеров. Это реальная угроза. Я уже не говорю, каким ПО пользуются чиновники и о том, что электронная почта муниципалитетов находится на сторонних сервисах.

Что касается общества, то тут очень сильна привычка. Еще в 90-е Билл Гейтс открыто говорил о том, что Microsoft выгодно пиратство на новых рынках. Потому что через пять-десять лет эти же пользователи начинают платить, привыкнув к Windows. У нас в 90-е были еще сложности с СПО. Сегодня большинство этих проблем для обычного пользователя решены и свободное ПО развивается. Не очень у нас пошла программа по переходу школ на СПО, хотя именно оттуда и надо начинать.

– Ну да, взрослые ведь уже привыкли к монопольному состоянию рынка…

– Именно. Я свободно пользуюсь тремя-четырьмя операционными системами. А, скажем, для моей мамы переход на новую ОС представляет большую сложность.


Павел Быковских


Фото: fotki.yandex.ru 

Система Orphus
Поделиться информацией:
Обсуждение
Добавить комментарий

Имя:

E-Mail:

Город:

Комментарий:

Код: